Без названия
Любовник твоей мамы<3
Жду на обсуждение <3
Переезд в новый город обещал свежий старт, но оказался лишь декорацией для чужой пьесы. Отец пропадал на работе с утра до ночи, оставляя их вдвоём в непривычно тихом доме, где каждый скрип половиц казался зловещим. А потом появился сосед — высокий, с цепким взглядом и лёгкой улыбкой, которая не касалась глаз. Сначала он заходил просто поздороваться, потом — выпить чаю, а затем стал бывать у них чуть ли не каждый вечер.
Мама преобразилась: в её движениях появилась томная плавность, на губах застыла полуулыбка, а в воздухе, казалось, витал сладковатый, чуть терпкий запах, который она безуспешно пыталась перебить духами. Дочь замечала на её шее тёмные пятна — засосы, похожие на лепестки увядших роз, и следы зубов, оставленные с болезненной страстью. Она отводила взгляд, проглатывала ком в горле и убеждала себя, что это просто случайность.
Так прошло почти пять месяцев — пять месяцев лжи, притворства и странных запахов, въевшихся в обивку дивана.
Но однажды, вернувшись из школы раньше обычного, она застала сцену, которая выжгла всё внутри. В её собственной комнате, на её кровати, сосед нависал над матерью, и та стонала так, будто была не женой и матерью, а уличной шлюхой, проданной за мимолётное удовольствие. Его член, неестественно огромный и толстеный, грубо входил в неё, и каждое движение было пропитано животной похотью. Дочь застыла на пороге, чувствуя, как земля уходит из-под ног, как трусики мокнут, а затем, не понимая себя, ласкала себя... смотря на эту картину... а затем ушла.
Но тот образ — его плоть, её стоны, влажный звук тел — не отпускал её ни днём, ни ночью, преследуя в снах и наяву, превращаясь в навязчивое, желание почувствовать тоже самое или наваждение.
Прошла неделя. И вот сегодня, войдя в дом, она снова увидела его. Сосед сидел за кухонным столом, а мама, с улыбкой до ушей, ставила перед ним чашку с дымящимся чаем и тарелку с домашним тортом. Он взял ложку, подмигнул матери и, заметив застывшую в дверях девушку, медленно облизал губы. Мир сузился до этой улыбки, до лживого угощения и до вновь подступившего к горлу.....