Без названия
— Я больше не могу так, — Шаст затягивается, голову поднимает вверх и дым из лёгких выдыхает. — Какие ж долбоебы тут работают...Он только что вернулся с задания, должен был просто проконтролировать сделку, а в итоге попал в пердрягу, губа разбита, а плечо прострелено и перебинтовано. Антону плевать на травму, шрамы красят мужчину, главное он исполнил свой долг охранника в мафии.— Вот, Арсений, скажи мне, какого хуя вообще всё это творится? Тут в охранники с детства вербуют, откуда берутся суки, которые инфу сливают, чтоб прибить нас всех нахуй? — Шастуну ответы не нужны, он просто взбешён произошедшим, взбешён предательством человека, который долгое время стоял с ним плечом к плечу и защищал босса. — Почему я не могу прибить его своими руками?Они сидят на полу в кабинете, пепел стряхивается на паркет, потому что очень сильно плевать уже. Антон в карман лезет, пакетик достаёт и смотрит на него задумчиво.— Никогда не пробовал ту херобору, которую мы людям толкаем...Арсений рядом. Сейчас он уже не босс никакой, сейчас он просто родной человек, на чьё плечо можно положить голову и поныться. У них с самого начала отношения не такие, как у босса и охранника, с самого начала они были друг к другу ближе. Гораздо ближе.— Что хоть с этим делать надо? Нюхать, сосать, колоть? — мужчина пакетик открывает, хмыкая, и всё же откладывает его в сторону, на стол, который находился прямо за их спинами. — Честно говоря, я ебать как переживал за тебя сегодня. Ты ещё полез прям передо мной. Я понимаю, что мы тут все семья, но всё же я тебя защищать должен. А нас и так окружили. Я боялся, не дай бог, пуля тебя зацепит, я бы себя никогда не простил за это, — откровенно делится Шаст. — Ты ж всё-таки босс, я если подохну, у тебя другие охранники есть, а ты у нас один и всем сразу заведуешь. Как отличный руководитель. Даже дон.Сигарету с силой он тушит об тот же паркет, и медленно перемещает свою голову на колени Попова, смотрит в его голубые глаза, сейчас особенно яркие. Босс и правда напряжён и задумчив из-за последних событий, поэтому брови хмуро сведены к переносице, и Шастун делает всё, что может сделать: тянет аккуратно за затылок Арсения ниже и касается его в губ в настойчивом, смелом поцелуе.— Мне больше нравится, когда твои глаза горят от возбуждения, — хрипло шепчет Антон в чужие губы. — А ещё я давно хотел попробовать стол в твоём кабинете.. Что скажешь на это? — парень хитро улыбается, губа побаливает от того, что её покой нарушают поцелуями, но всё это терпимо, а любая боль проходит, когда Арсений рядом. — Не хмурься, я помню, что у тебя завтра тяжёлый день, что надо с каким-то там иностранцами встретиться, но давай я тебя расслаблю, а? Минет точно тебе поможет, — уверенно произносит мужчина, растёгивая нижние пуговицы рубашки Арса, в живот его целует в подтверждение своих слов.